class="p1">— Ладно. Спросить-то надо было. — расстроенно ответил я.
— Погоди так расстраиваться, — тетя Нина ухмыльнулась. — У нас тут в подсобке три торта отказных. Заведующая себе планировала, но неожиданно к родственникам на праздники в другой город сорвалась. Вот и остались. Мы их себе уже оставили попраздновать, но один, думаю, смогу тебе отдать. Куда нам три.
Тетя Нина пробила мне торт и, сбегав в подсобку вручила коробку с «Киевским». Поблагодарив ее от всей души, рванул за девчонками. С тортиком вполне не стыдно было заявиться на день рождения.
Пройдя бочком мимо Сержанта, настороженно наблюдающего за мной, ворвался в дом.
— Девчонки! Нас пригласили на шашлыки на речку. Быстро одевайтесь и выходим. Нас уже ждут.
— Ой! — заголосила Анжела. — Как же так? Я голубцов целую кастрюлю наварила.
— Не пропадут, — обрадовался я. Торт — это прекрасно, а торт с кастрюлей голубцов — бомбически просто. Придём не с пустыми руками. — Есть сетка побольше? Грузите их прямо в кастрюле. Миски берите железные небольшие все, какие есть, ложки, хлеб. Попить ещё что-то надо взять.
Девчонки засуетились, собирались, как будто мы на две недели идём. Яйца варёные откуда-то появились, капуста квашеная в банке, заправленная подсолнечным маслом, даже сметаны маленькая баночка. В итоге я шёл навьюченный, как верблюд.
Девчонки тащили сумки с посудой и покрывалами. Даже Санька сосредоточенно нес алюминиевую пятилитровую канистру с водой.
На площади нас уже ждали Диана с Сергеем, Тимур с Ветой, два приятеля Тимура, с которыми я был только визуально знаком и юная незнакомка.
— Всем привет, — поздоровался я. — Мою девушку Галию вы знаете. Это её подруга Анжела и её брат Санька.
— Очень приятно. Это Женька, — представила нам одного из приятелей Диана. — Это Мила его сестра. Это…
— Валерий, — отодвинув Дианку в сторону, сам представился Анжеле, протянув ей руку, второй приятель Тимура.
Ну, дело пошло. Дальше сами разберутся.
У меня в руках было три набитых под завязку сетки.
— Парни, возьмите у меня кто-нибудь что-нибудь, — попросил я, видя, что из всех только я такой навьюченный. У остальных в руках максимум по одной сетке.
Валера сунул свою сумку Женьке и демонстративно взял у меня сразу две сумки из трёх. У меня осталась самая тяжёлая сумка с кастрюлей с голубцами, поэтому я решил, что справедливо разделили.
Мы с Галиёй шли позади всех. Не мог скрыть усмешки, наблюдая за Валериком, распустившим хвост перед Анжелой. Эх, молодость, молодость…
— Что, у Анжелы парень-то есть? — спросил я тихонько Галию.
— Да откуда? Дом-работа-дом. Работает она на хлебозаводе, у них там в цеху в смене на пятнадцать женщин-пекарей один старый механик. Дом весь на ней, дел по горло, сейчас ещё огород начнётся. Некогда гулять…
— Надо будет у Дианы расспросить, что это за чудо к Анжеле приклеилось? — проворчал я, как старый отец взрослой дочери и сам себе удивился.
Спустились мы к реке недалеко от Большого моста. Место было чистое, уютное, берег реки песчаный. Летом здесь купаться будет классно.
Тимур с Валерой занялись костром, девчонки разбирали сумки. Когда парни узнали, что у нас с собой кастрюля голубцов и еще куча всего, просияли все. А когда увидели еще и тортик, настроение стало совсем праздничным. Диана с гордостью смотрела на меня и всем напоминала, что это была ее идея позвать меня на пикник.
Мои девчонки предложили перекусить голубцами, пока не остыли. Наша оголодавшая компания встретила это предложение криком «ура».
Голубцы со сметаной смели в два счёта. Они реально были очень вкусные. Парни достали бутылку плодово-выгодного и сами его распили. Девчонки пить отказались. Валера так нахваливал голубцы, что вогнал Анжелу в краску.
После перекуса все взбодрились и занимались шашлыками уже не торопясь, наслаждаясь процессом и общаясь друг с другом. Погода была прекрасная, мы отлично отдохнули. Несмотря на все тёрки в прошлом, сегодня у нас сложилась очень теплая дружная атмосфера. Парни травили анекдоты, девчонки хохотали. Что ещё надо для счастья?..
Возвращались домой мы уставшие, но довольные.
Проводив девчонок, я шёл к себе и думал, как же прекрасна молодость. Вся жизнь впереди, все дороги открыты. Не было ещё потерь и разочарований, через которые предстоит пройти. Собственное будущее видится беззаботным и счастливым. Сам ещё здоров, полон сил и энергии.Замечательное время.
Дома меня с нетерпением ждал Тузик. Эх, знал бы я, что на природу пойдём, взял бы его с собой. Бабушка укоризненно посмотрела на меня и указала на мокрое пятно на коврике у моего дивана.
— Наругай его! — велела она.
— Бесполезно уже ругать. Это надо в моменте делать. Сейчас он не поймёт, за что его ругают.
Я позвал щенка и вышел с ним на улицу. Заниматься его воспитанием надо. Иначе дома он не продержится. Будет выдворен бабушкой в будку во дворе.
За угол повернул на Ленина Славка на мотоцикле. Эмма, вцепившись в него, сидела сзади. Вот они спелись! Как Винни Пух с Пятачком. Куда он, туда и она.
Набегавшись, Тузик прибежал ко мне и попытался улечься, свернувшись у меня на ботинке.
— Ну что, Кошмарик, нагулялся? — спросил я. — Пошли домой.
Завтра понедельник, день тяжёлый.
Мы уже легли спать, когда вдруг в сенях послышался шум и тут же раздался громкий требовательный стук в дверь. Вскочил и включил свет в кухне, на пороге стояла бледная Клара Васильевна.
— Беда, Пашка! — срывающимся голосом сказала она.
Это я уже и сам понял. Подумал, дед их помер. Вышла бабуля в ночной рубахе и с косичкой. Такая чудная, я только один раз её такой видел.
— Что случилось? — озабоченно спросила она.
— Из милиции приходили, Славка с Эммой в больнице, — задыхаясь, ответила Клара Васильевна. — На мотоцикле разбились!
Глава 15
2 мая 1971 г. дома у Домрацких-Ивлевых
У меня волосы на затылке зашевелились. Как знал, блин! И шлемы им не успел подарить! Хотя где бы их взял в нашем городишке… Да и еще вопрос, надевали ли бы, если бы подарил, лихость там такая была, казацкая!
Кларе Васильевне стало плохо, ей не хватало воздуха. Бабушка, опешившая было от полученной новости, быстро собралась, достала свою аптечку в жестяной коробке и накапала ей в стакан с водой чего-то вонючего.
— Мне в больницу надо… — прошептала Клара Васильевна.
— Да-да. Сейчас, — суетилась бабушка. — Паша, беги скорую вызывай!
Ринулся к своему дивану и, натягивая штаны, услышал слабый голос:
— Мне к внучке надо…
— Тебе самой не помереть сейчас надо! — начала ругаться бабушка. — Без тебя разберёмся с внучкой!
Выскочив на улицу, побежал к магазину Школьник, он ближе всех.
Стучал в дверь, в окна. Быстро разбудил сторожа, похоже, что он и не спал ещё. Вызвали с ним скорую на наш адрес, и я побежал домой.
Пока ждали, решили, что бабушка идёт к Либкиндам сидеть с мелкими, а я еду на скорой с Кларой Васильевной в больницу, заодно узнаю там всё про Славку с Эммой.
Тревожное состояние всё нарастало, чтобы не усугублять ситуацию, бегая кругами по комнате, выскочил на улицу. Скорой пока не было. Побежал к дому Славки. У них горел свет. Вломился к ним без стука. Застал одну чуть живую от волнения бабушку Славки, смог от неё добиться только, что родители ушли в больницу.
— Всё будет хорошо! — сказал я ей, сам очень желая в это поверить, и поспешил к нашему дому, оставшись ждать скорую у калитки.
Буквально через несколько минут она приехала. Повёл докторов в дом.
Клара Васильевна совсем расклеилась, врач после осмотра решила её госпитализировать. Бабушке Эммы сделали пару уколов, и мы с водителем перетащили её на носилках в машину.
— Всё будет хорошо. Приедем и все узнаем. — повторял я всю дорогу, держа в руках холодную ладонь Клары Васильевны. Больше сам себя уговаривал.
В больнице нас встретили родители Славки. От них узнал, что у Эммы сложный открытый перелом левой руки, ушибы. Ею сейчас занимаются в операционной. У Славки сломаны обе руки, ключица, рёбра, куча ушибов и сотрясение мозга ко всему.
Облегчённо выдохнул. Сказал Кларе Васильевне:
— Там просто переломы рук у них, и по мелочи еще, всего лишь! Не волнуйтесь так, через пару недель домой вернутся, как
